Тургенев и Полина Виардо

Родившись в артистической семье, Полина Гарсиа почти ребёнком начала свою карьеру. Уже в конце тридцатых годов она с огромным успехом выступала в Брюсселе, в Лондоне, а восемнадцатилетней девушкой дебютировала на парижской оперной сцене в роли Дездомоны в опере Верди «Отелло», а затем в роли Ченерентолы в опере Россини.

Русские зрители сразу оценили бурную страстность и необыкновенное артистическое мастерство Виардо, диапазон её голоса и ту лёгкость, с которой она свободно переходила с высокой ноты сопрано на глубокие, ласкавшие сердце ноты контральто.

Услышав впервые Полину Гарсиа в роли Розины, Тургенев был покорен её талантом и с этого дня не пропускал ни одного спектакля приехавшей оперы. Через некоторое время его друзьям и знакомые передавали друг другу, что Тургенев без памяти от игры Виардо. «Он теперь весь погружен в итальянскую оперу и, как все энтузиасты, очень мил и очень забавен», - писал Белинский Татьяне Бакуниной.

Говорили, что, узнав о новом увлечении сына, Варвара Петровна побывала на концерте, где выступала Виардо, и по возвращении домой, будто сама с собой говоря, ни к кому не обращаясь, сказала: «А надо признаться, хорошо проклятая цыганка поёт!» Вскоре Тургеневу представился случай отправиться на охоту в обществе мужа Полина Гарсиа, Луи Виардо, а затем его познакомили и с самой певицей.

Впоследствии Виардо шутливо рассказывала, что он был представлен ей как молодой помещик, превосходный охотник, хороший собеседник и посредственный стихотворец. 1 ноября - день, в который состоялось это знакомство, навсегда остался для него незабываемым. «Я ничего не видел на свете лучше Вас … Встретить Вас на своём пути было величайшим счастьем моей жизни, моя преданность и благодарность не имеет границ и умрёт только вместе со мною», - писал Тургенев Полине Виардо из Петербурга. С юношеских лет до последних дней жизни Тургенев оставался верен этому чувству, многое принеся ему в жертву… 30 апреля 1845 года Варвара Петровна писала из Москвы: «Иван уехал отсюда дней на пять с итальянцами, располагает ехать за границу с ними же или для них». По окончании гастролей в Петербурге и в Москве итальянская опера стала готовиться к отъезду из России. Со службой в департаменте министерства внутренних дел всё было покончено к этому времени. 10 мая из министерства был переслан петербургскому генерал-губернатору заграничный паспорт «для отставного коллежского секретаря Ивана Тургенева, отправляющегося в Германию и Голландию для излечения болезни». Снова Кронштадт, потом пароход дальнего плавания, снова ветер и волны в безграничном просторе сурового Балтийского моря… В разгаре лета мы уже застаём Тургенева на юге Франции в обществе Боткина и Сатина, а затем он, расставшись с ними, отправляется один «шляться по Пиренеям». Не потому ли влекли его тогда к себе эти края, что рядом, за грядою гор, лежала родина Полины Гарсиа? Потом он был в Париже и, по-видимому, получил приглашение погостить в имении супругов Виардо, расположенном в шестидесяти километрах к юго-востоку от Парижа.